Александр Александрович Б.

Дело: А56-20772/2020

Описание:

Александр Александрович — многодетный отец, живет с супругой в частном доме и работает в противопожарной охране. Общий долг по двум кредитам в банке и двум займам в МФО составил 1,1 млн. руб. Александр исправно платил по обязательствам, но в его семье сложилась ситуация, при которой вносить платежи, несмотря на наличие второй работы, стало трудно. Внесенные средства уходили буквально «в никуда». По рекомендации знакомого, ранее прошедшего банкротство с нами, Александр принял решение списать долги законным путем и обратился в нашу компанию. Несмотря на множество трудностей, проблемы со здоровьем и госпитализацию во время процедуры, мужчина стойко прошел и успешно завершил банкротство. Теперь он и его семья свободны от всех долгов.

Юрист компании: Клиент компании:

Расшифровка видео:

Здравствуйте, Александр Александрович.

Добрый день.

Поздравляем вас с полным списанием долгов.

Спасибо огромное вам. Спасибо за поздравление.

Давайте поговорим немного о том, как проходила ваша процедура банкротства. Александр Александрович, какой у вас род деятельности? Чем вы занимаетесь?

Я госслужащий по роду деятельности. Сколько себя помню, столько работаю в противопожарной охране. Государству служу, людям служу. Как с армии пришел в 1996, так и служу в пожарной охране.

С какой суммой долга вы обратились в нашу компанию?

Если в общей сложности, насколько я помню все документы, которые я собирал, я точно не могу сказать, но миллион точно был. Миллион сто. Где-то миллион рублей. Не помню точно, честно. Сейчас не помню. Потому что там что-то с процентами, что-то без процентов, но миллион точно был.

Это были долги по кредитам?

Это да. Это были долги по кредитам. Я не помню, как точно сказать, по процентам, по собственному телу кредита – это все кредиты были. Никаких больше долгов не было.

Вы брали в банке?

Два кредита были в банке – вполне достаточно таких хороших банках, и два кредита были микрофинансовые. Это уже отдельная статья, это была уже агония, можно так сказать, поэтому нехорошо, что я туда ходил. Да и вообще, все это нехорошо. В банке, да.

Какие-то проблемы у вас были из-за невыплаты долга – из банка звонили, коллекторы беспокоили, приставы, может быть?

Я вам скажу, что на протяжении трех лет платил я ответственно, и всей семьей мы подходили к этому делу со всей ответственностью. В жизни все может случаться, и какие-то вещи могут происходить независимо от нас – с чем мы столкнулись потом, в дальнейшем. На том этапе, когда ты платишь хорошо – понятно, никто вам звонить не будет. Они только звонят и могут предложить: «Еще, на, возьми. Еще, еще, еще». У меня были там кредиты, которые я закрывал ранее, но это никто даже в расчет не берет. И только ты на один день возьмешь кредит где-то, не успеешь оплатить, то есть задолжал где-то один день, и тут же тебе звонки. Звонили очень часто. Я не могу точно сказать, сколько это было, но очень часто звонили, а уже форма звонков, вы понимаете. Я могу рассказать форму звонков, могу не рассказывать форму звонков. Звонки были. Когда я понимал, что это уже предел, и говорить больше нечего, и все, я остановился и просто пришел уже в компанию.

Как вы пришли к решению списать долги через банкротство?

Сказать, как я к этому пришел – это нельзя просто взять одним словом и сказать: «Я нашел адрес и пришел». Это ж тоже неправильно. Я долго к этому шел. Я действительно платил, платил. И когда мы с семьей сели и подумали, что я все отношу туда – у меня две работы, и все равно я не справляюсь. При определенных условиях жизненных я понял, что это путь в никуда. И когда уже начались микрофинансовые эти все проблемы, и все это путь в никуда, и мы пришли на семейном совете, что все – дальше больше некуда. И чтобы не запускать все это в такое русло, знаете, как бывает, что можно пойти куда-то, грубо говоря, что-то, не дай Бог, совершить там. У меня было немного путей так называемых, у меня был путь на незаконную стать тропинку или потерять семью. Я выбрал дорогу к вам. Вот так, можно сказать. Потому что я знал точно, что как-то по незаконному пути я точно не пойду, а все, что можно сделать по существующему закону, я так и пошел. Я нашел компанию – как нашел, я потом расскажу – и обратился в эту компанию. И я знал, что это единственный законный путь, которым я могу следовать – мне так казалось. Потом, когда я поговорил с людьми с вашей компании, они мне рассказали, что, да, действительно, и я понял, что правильно делаю.

По каким критериям вы выбирали фирму для банкротства?

По каким критериям? Критерии, понимаете, такое растяжимое понятие. Я могу рассказать, как я попал вообще в вашу компанию, как я обратился, а критерии… Но для меня критерий были даже… Понимаете, человек в моей ситуации – он не ищет, наверное, критерии, он ищет надежную компанию. И я не могу сказать, что я один ее выбирал, потому что сразу, конечно, один я что-то там… Я не могу сказать сейчас фамилию человека, то есть он попросил не говорить, он тоже был у вас. Просто это было сказало очень давно, он прошел процедуру давно, может быть, год назад. И когда просто так в разговоре все это было сказано, и когда я столкнулся, то есть я уже позвонил, мне сказали, как оно называлось, а дальше я уже искал эту компанию. Я смотрел отзывы. И когда уже с супругой мы все это дело обсудили, а супруга – она девушка обстоятельная такая, подходит ко всему – нашла тоже каких-то знакомых. У нее есть знакомый юрист, она позвонила, тоже узнала про эту компанию. То есть уже юристы. А когда понимаете, когда… Вот я пожарный, и когда другой пожарный говорит, что это хороший пожарный, то вы понимаете, о чем я говорю. То есть ему можно доверять. Так же и компания. Когда юрист говорит: «У меня много работы, но я знаю, что это компания, которая действительно стоит». Я ее нашел, эту компанию, а потом уже супруга спросила у знакомого, и так получилось, что наши мнения сошлись, и она говорит: «Если ты так решил – иди». Но другого пути не было.

Расскажите, как проходила работа с юристами?

Это вообще отдельная история такая, интересная. Я, если честно, до сих пор не могу понять, как оно происходило. Но, вы понимаете, самая хорошая работа – это та, которая незаметная работа. Как вам сказать? Если б я был директором компании, и у меня, грубо говоря, много людей работает и подчинённых много, и все они делают каждый свое дело. Я помню самый первый раз я пришел, и я вообще ни на что не рассчитывал, я просто хотел услышать какой-то ответ. Ведь сюда люди приходят не за тем, чтобы им помогли финансово или чтобы их от чего-то… Они же ведь сразу приходят, знаете, почему? Они приходят как к психологу. Они приходят и говорят. Рассказывают все, рассказывают, рассказывают, а там юрист на этой стороне. Она юрист, она же не психолог. А в первую очередь все хотят услышать психологическую помощь. То есть как, что поможет? Чем? Что она мне скажет? Вот все, что они хотят услышать. А вот дальше начинается работа. Я понимал, в плане, наверное, своей работы я сталкивался много с чем, и поэтому я знал, как действовать. Но все равно я хотел, чтобы меня юрист выслушала. Вот когда юрист меня выслушала, и мы поняли, что к чему, и мы договорились. Я вам честно скажу, у меня все услуги оплачивала супруга, хотя мы муж с женой, но когда такая ситуация заходит так далеко – уже когда пошло недоверие и все остальное – и она все проверила и потом уже выделяла мне какие-то средства, на которые даже я и не знал, что у нее есть. Вот так вот. Потому что у меня уже уходило все на кредиты, а супруга что-то могла еще откладывать, и детей как-то кормить. То есть уже шло по плохому сценарию. А в юридической отрасли, когда пришел, я посидел и понял, что мне надо дома что-то рассказать, то есть куда ты ходил. Понимаете меня? Наверное, есть вторые половины. И поэтому я понимал, что мне надо что-то спросить, мне надо что-то рассказать – что, чего и как – и прийти домой что-то объяснить, то есть что я вынес отсюда. И когда буквально минут 20 мы разговаривали, я выложил свою ситуацию, и юрист мне рассказала что, как, чего и почему без каких-то лишних слов, обещаний, всего-всего. Основной вопрос: какие документы, как, что, чего. Все. Мы поговорили, я вышел, пошел домой. Мы сели, обговорили. И потом уже я приехал на подписание договора. Нам на почту прислали образцы, мы с ними познакомились, мы все прочитали, супруга – она в органах работала, она такая, знаете, она следователь бывший. Это просто детей начала рожать потихоньку. Это можно вырезать. И в органах работала. Она все это любит дело проверять, документооборот – все. И так получилось, что она это все проверила, договор тоже, и все. Я приехал с точной целью. Я не знаю почему, но у меня, наверное, какая-то внутренняя чуйка – я на тот момент, когда я приехал подписывать договор, я уже даже не надеялся. Что-то как-то процентов на 70, я был уверен, что эти люди мне помогут. Я не знаю, почему, откуда это? Это где-то внутри.

Как изменилась ваша жизнь сейчас, после банкротства?

Как изменилась моя жизнь… Я вам расскажу, как изменилась моя жизнь вообще после первого прихода к вам. Понимаете, какая ситуация. Я опять, еще раз говорю, это больше психология. Когда ты поговорил с юристом, когда ты составил договор, когда ты принес какие-то первые документы – пускай это будут неважные документы, но нужно идти по законному пути. Вот когда это все собрано и когда ты понимаешь, что надо это донести, это донести, что-то поменять… Понимаете, жизнь – она такая штука, она изменилась для меня уже после того, как я договор подписал. Сейчас, когда эта процедура уже длится – это же ведь не один день – и когда процедура действительно, и ты идешь через это все, и плюс на нас накладываются разные вещи – вот как эпидемия, вот эти все вещи, которые сейчас. Я вам хочу сказать, что я под аппаратом лежал в ноябре месяце, меня еле достали. Я две недели лежал под аппаратом – у нас работа такая. И как раз юрист позвонил, а у меня только достали трубку, где-то на второй день, я вот такой вот был. Да, две недели. 40% у меня уже оставалось легких, а 60-70% был кислород – где-то вот так, я точно не помню. В общем, вставили мне трубку туда, потому что уже все, и как бы я на процедуре, и никто ничего не знает, понимаете? И я в больнице как раз писал какую-то бумажку – финансовому управляющему нужно было написать объяснительную какую-то. Я ее писал – я буквы не видел, но я четко знал, что мне надо это сделать. Даже по ватсапу пересылал. И я понимал, что, может быть, она с ошибками, но мне надо было это сделать – второй день мне как трубки вытащили. Просто специфика работы такая – мы в пожарной охране носим, бывает, таких ковидных всех. Там 14 человек нас. Но это можно тоже вырезать. В общем, полежал. И когда я это все перенес, на тот момент для меня вот это все – я даже не знаю, с чем это сравнить. Как я начал жить? Когда вы лежите, и у вас 42 градуса температура – неделю она не сбивается – вот когда я начал жить, когда не начал – я не знаю. Но вот с того момента, когда я подписал договор, я знаю точно, что у меня вообще все по-другому началась. Во-первых, самая главная проблема – это семья. Это даже не проблема, я имею ввиду решение этой проблемы. Когда ты с семьей понимаешь, что дальше некуда, и ты подписал договор, ты собираешь какие-то бумаги, и твои близкие видят, что ты действуешь – это все не заходит в тупик, а это все равно какое-то решение. Я собрал эту бумажку, эту, эту. Мне говорят: «Эта не пойдет, надо другую». Я иду другую собираю. Это жизнь, и, конечно, ты по-другому дышишь. Вы что? О чем вы говорите? Это столько всего. Просто у меня семья по-другому – у меня все улыбаться стали. У меня трое детей и все несовершеннолетние – и я вдруг почувствовал, действительно, что… И потом вся эта болезнь и все… И все это… Это просто счастье. И когда уже последняя стадия произошла, когда мне позвонили, что прошел суд прошел, то-то то-то постановили, а сегодня я бумажку получил. Вы понимаете, что такое бумажка в нашей жизни? Оно все одно хорошо на телефоне, а когда ты получаешь бумагу, документ, у нас вот так вот как-то. Я еще не знаю. Я еще приду домой, и мы, наверное, будем сидеть и думать, как мы дальше будем жить, понимаете?

Что вы можете посоветовать людям, которые только планируют вступить в процедуру банкротства?

Я, наверное, повторяюсь. Точно, что я им посоветую, вот 100%, я прошел это, и я знаю – это не затягивать в долгий ящик. Потому что в жизни все бывает, мы все люди, и все понимают прекрасно, как что происходит. Просто надо не затягивать в долгий ящик, надо не вдаваться, не кидаться в какие-то агонии, надо трезво, холодно оценить все, найти компанию, которая действительно… Я даже не знаю как… Я не знаю. Меня, наверное, что-то свыше свело с вашей компанией, потому что я ее нашел раньше, чем о ней узнал. Раньше, намного раньше. Я сам для себя решил. Что можно посоветовать? Надо не запускать и надо идти по букве закона. Единственный законный метод или способ дальнейших действий в этом плане, если вы попали в такую ситуацию – у всех разные ситуации – только законным способом надо идти. А законный способ у нас один – это признавать, что ты не можешь дальше справляться со своими обязательствами. Да, это тяжело. Да, это долго, медленно, и не у всех получается, но все равно надо идти по законному способу, я так думаю. Это мое лично мнение.

Спасибо, что выбрали Финансово-правовой Альянс. Благодарим за отзыв.

И вам огромное спасибо. Огромное спасибо вам как компании. Не вам лично, а как компании всей-всей-всей, потому что я знаю, что вас очень много. Это надо время, чтобы это пережить. А то, что сделала ваша компания для нас – мы уже, например, с семьей давно поняли. Мы загородом живем, у нас курочки бегают, и жена мне три десятка яиц всовывала в сумку. Честно, я не взял, хотя, может быть, зря. Говорит: «На, девчонкам раздай». Знаете, она так, по-свойски. Я не знаю, как вам сказать это. Вам спасибо огромное, а нам наука будет. И надо, конечно, жить, учиться, учиться и учиться. И вам спасибо. Спасибо вам всем.